"ЧИСТЫЕ" И "НЕЧИСТЫЕ"

Ферганская долина стала зоной борьбы с религиозным инакомыслием

Валерий Улеев

РАЙОН Ферганской долины, являющийся, по классификации ОБСЕ, зоной потенциальных межэтнических конфликтов, стал ареной борьбы с религиозным инакомыслием. В Узбекистане эта борьба приобрела крайние репрессивные формы. Крупномасштабная кампания по вылавливанию всех подозреваемых в принадлежности к ваххабизму распространилась и на юг Киргизии.

Внутриконфессиональное противостояние между истинно верующими и просто верующими никогда не выходило из плоскости теологических споров отдельных религиозных деятелей "местечкового" уровня. Многие считают, что активное проникновение идеологии фундаментального ислама в центрально-азиатский регион связано с внешнеполитическим фактором, то есть такие страны, как Иран, Пакистан, Сирия, Саудовская Аравия, активно участвуют в данном процессе, выделяя единоверцам огромные средства. Скорее всего сведения об этом сильно преувеличены. Если подобная помощь и имеет место, то она осуществляется на официальном уровне.

Обращению определенной части верующих к фундаментальным истокам ислама есть логическое объяснение. В условиях либерализации общественной жизни в первые годы суверенизации произошел некий ренессанс ислама. Сегодня, когда все запреты сняты, появились люди, обеспокоенные чистотой ислама. Сейчас в основной части мечетей руководят паствой шарлатаны, не знающие даже основ ислама. Однако быть верующим стало престижно, с начала 90-х гг. тысячи людей совершили паломничество в Мекку.

Произошло обнищание народных масс и резкое расслоение людей по социальному и имущественному признаку. Многие верующие видят причину своих бед и страданий в социальной несправедливости, когда бывшая партийная и советская номенклатура при разделе "всенародной" собственности захватила все, отгородившись от народа мощным репрессивным аппаратом.

Сегодня налицо политизация ислама, то есть, с одной стороны, использование чувств верующих руководящей политической элитой в своих корыстных целях, а с другой - грубое вмешательство государства в дела конфессий.

Настораживает то, что в силу теологической безграмотности фундаментализм как явление получает в нашем понимании негативную окраску с легкой руки известных служб и средств массовой информации. Нас давно приучили между понятием "фундаментализм" и "исламский терроризм" ставить знак равенства. Однако фундаментализм может быть не только с автоматом в руках и не только в исламе, хотя именно в исламе в последние годы он приобрел столь яростный агрессивный характер. Это, скорее всего, реакция людей, загнанных в угол, адекватный ответ на политику Запада. Свидетельство тому - события в Таджикистане, на Балканах, в Алжире и многие подводные течения исламской жизни.

"Наши" фундаменталисты никогда не объявляли и не объявляют своей основной целью идею утверждения исламского теократического режима. В нашем регионе не было отмечено ни одного случая, чтобы противостояние фундаменталистов и верующих выходило за рамки теологических споров, и только вмешательство государства в дела религии обострило ситуацию и поделило мусульман на "чистых" и "нечистых".

Всех наших фундаменталистов власть окрестила ваххабитами, из каких соображений - непонятно. Между тем, с научной точки зрения, о ваххабизме в Центральной Азии не должно идти речи, поскольку он может иметь место только на почве ханбализма - одного из четырех канонизированных суннитских мазхабов, который исторически никогда не имел места на территории Центральной Азии. Следует учесть, что ваххабия как религиозное инакомыслие никакой угрозы безопасности нашей республике не представляет, тем более что наша Конституция официально закрепляет свободу совести.

После известных наманганских событий конца прошлого - начала этого года, когда преступная группа жестоко расправилась с работниками узбекской милиции и членами их семей, официальные правоохранительные структуры расценили эти действия как террористические акты доморощенных ваххабитов. В Узбекистане началась беспрецедентная кампания "охоты на ведьм", которая захватила территорию юга Киргизии. Это связано с тем, что Ислам Каримов имел неосторожность заявить на пресс-конференции после недавнего саммита глав центральноазиатских государств, что узбекские ваххабиты готовят своих боевиков на территории сопредельной республики.

Десятки (если не сотни) людей сегодня томятся в застенках узбекских спецслужб только по подозрению в причастности к ваххабизму. Представляется, что, расправившись с политической оппозицией, диктатура Каримова принялась за оппозицию духовную, а наманганские события явились поводом для репрессивных действий. Между тем многие считают, что убийство милиционеров никакого отношения к религии не имеет.

Правоохранительные ведомства Узбекистана ведут себя на территории юга Киргизии, как в своем доме. При откровенном попустительстве (а может быть, и при поддержке) киргизских властей спецслужбы Узбекистана бесчинствуют в Джалалабадской и Ошской областях, вылавливая на границе или похищая подозреваемых (граждан Киргизии), производя без всяких санкций обыски. Механизм в этом плане у узбекской милиции отлажен. У всех подозреваемых во время досмотра обнаруживается от одного до четырех граммов марихуаны или три-четыре патрона от "Макарова".

Запретительные и репрессивные меры еще никогда не давали желаемого результата - как правило, они приводят лишь к эскалации противостояния. По нашим оценкам, ситуация будет усугубляться, а число сторонников ислама фундаментального толка - неуклонно расти.

(С) "Независимая газета" (НГ), электронная версия (ЭВНГ). Номер 058 (1629) от 03 апреля 1998 г., пятница.